Шрифт
T
T
Размер шрифта
A
A
A
Цвет
А
А
А
Интервал
Стандартный
Большой
Средний
Изображения
Выкл
Вкл

Статьи и интервью

Алексей Улюкаев: «Мы не будем ограничивать движение капитала - это наша принципиальная позиция»

04.04.14

Интервью Министра экономического развития Алексея Улюкаева телеканалу CNBС

Джефф Катмор: Г-н Министр, в российской прессе высказывается недовольство тем, что JP Morgan заблокировал платеж посольства. Каково ваше отношение к действиям JP Morgan по этому поводу?

Алексей Улюкаев: К сожалению, я не очень знаком с данным отдельным случаем. Я не думаю, что это хороший способ ведения бизнеса. Потому, что мы хорошо знаем эту компанию и у нас с ней длительная и положительная кредитная история. А это так легко, малейшим непредсказуемым действием нарушить общую картину. Я не думаю, что компании должны так делать бизнес.

Джефф Катмор: Рискуют ли компании, участвующие в программе американских санкций, потерять свой будущий бизнес здесь в России? Будет ли JP Morgan исключен из будущих российских сделок по IPO в результате предпринимаемых им действий?

Алексей Улюкаев: Я не думаю, что нам надо действовать таким же симметричным образом. В целом, наше послание бизнесу, который инвестирует в Россию или работает здесь, имеет такие планы, заключается в том, что мы не будем оказывать на них давления за то, что они делали под политическим давлением или под влиянием чего-то другого. Наш ответ – сделать более благоприятной общую ситуацию для бизнеса. Мы очень заинтересованы в привлечении бизнеса к участию в наших инвестиционных программах в России. Я не думаю, что мы будем вынуждены оказывать на них давление. Мы постараемся создать более благоприятные условия.

Джефф Катмор: Компаниям не стоит бояться, что в ответ их будут вытеснять из дальнейшего бизнеса или замораживать их бизнес в России?

Алексей Улюкаев: Нет, не стоит. Я не думаю, что мы заморозим какие-либо отношения. Напротив, постараемся объяснить свои действия, объяснить макроэкономическую и политическую ситуацию, и скажем: добро пожаловать, инвестируйте, пожалуйста, развивайте кооперационные связи с российскими компаниями.

Джефф Катмор.: Почему Вы столь сдержанны и не ответили агрессивно на данные действия?

Алексей Улюкаев: Во-первых, потому что я верю, что экономическая среда, экономические связи улучшат политическую ситуацию. Видите ли, девизом заседания Большой Восьмерки, которое должно было пройти в Сочи, (и, возможно, теперь происходит движение от Восьмерки к Семерке) был «Устойчивый рост в безопасном мире». Таким образом, все взаимосвязано: экономический рост, уровень инвестиций, стабильность и безопасность в мире. И в этой нестабильной ситуации нашим ответом должны стать более прочные экономические связи, более прозрачная экономика, экономическая устойчивость и экономическое сотрудничество.

Джефф Катмор.: Мы уже знакомы с прогнозами относительно оттока прямых инвестиций в размере 100 млрд.долларов. Председатель ЦБ уже сообщила о росте на уровне менее 1%. Представляется, что в результате политических действий на Украине российская экономика получит значительный ущерб?

Алексей Улюкаев: Видите ли, все немного сложнее. Что значит отток капитала? Это понятие охватывает различные экономические моменты. Это включает домохозяйства, которые переводят свои активы из рублей в валюту, доллары или евро, компании, рефинансирование долга. Совокупные обязательства российских компаний в этом году составляют немногим более 80 млрд. долларов и в сложившейся ситуации им сложно рефинансировать долг. Таким образом, они должны выплачивать не только процент по нему, но и общую сумму долга. Все это приводит к оттоку капитала. И, конечно же, это очень влияет на экономическую ситуацию в целом. Для перевода валюты из России за границу необходимо купить валюту у ЦБ. Это касается суммы в рублях и, конечно, создает непростую ситуацию для экономического роста. По нашим общим оценкам, отток в размере 40 млрд. долларов приблизительно означает 1% роста ВВП. Так, согласно нашим оценкам, в первом квартале текущего года стоит ожидать оттока капитала около 100 млрд.долларов США в 2014 г. Отток в размере 100 млрд.долларов США означает рост ВВП менее 1%, значение между 0,5 и 1% роста. Конечно, причиной является не только ситуация на Украине, кризис в Крыму, есть и другие причины, другие предпосылки. В прошлом году у нас наблюдался отток капитала в размере 62 млрд.долларов США, но без Украины и Крыма. Есть проблемы с окончательным восстановлением экономики, общим инвестиционным климатом в стране, производственными затратами. И сейчас у нас есть две тенденции - фундаментальные условия и сложившаяся политическая ситуация.

Джефф Катмор: Вся эта история с интервенцией в Украину стала катастрофой для экономики? Вследствие этих событий программа реформ будет отброшена назад, и замедлится взаимодействие с остальным миром. Кроме этого иностранные компании сократят свои инвестиции в Россию. Экономика стала жертвой политических амбиций правительства в Украине.

Алексей Улюкаев: Это слишком простое объяснение. Конечно, мы будем продолжать реформы и, вероятно, будем даже более сосредоточены на них. Например, у нас есть дорожные карты по улучшению условий для ведения бизнеса в стране. Мы собираемся ускорить выполнение этих дорожных карт, усовершенствовать условия для бизнеса, как в плане доступа на рынки, так и с точки зрения доступа к инфраструктуре.

Джефф Катмор: Но что мы читаем в утренних газетах: Stockman приостанавливает свою инвестиционную программу, Форд на своем совместном предприятии увольняет персонал из-за падения курса рубля и опасений по поводу спроса на продукцию. Несмотря на то, что Вы говорите, что правительство собирается ускорить процесс реформ, капитал уходит.

Алексей Улюкаев: Вы приводите примеры из различных частей экономической реальности. Потому что проблема «Форда» и других производителей в их зависимости от стоимости компонентов. Это стало реакцией на некоторое ослабление рубля в конце 2013 и в начале этого года. Но теперь, как видите, у нас наблюдается некоторая коррекция обменного курса, рубль крепнет по отношению к евро, доллару и другим валютам. Это было своего рода преувеличение в оценке изменений обменного курса. Сейчас еще слишком рано делать окончательные выводы. Я думаю, что ситуация с ценами на компоненты изменится, и инвестиционные программы будут продолжены. Это один из моментов. Конечно, есть некоторые другие моменты. И вопрос не в том, применяются ли санкции. Главное – общая ситуация и стабильность. Инвесторам нужно оценить свои риски в случае введения данных санкций. Поэтому большинство из них предпочитает режим ожидания, они просто ждут, что произойдет дальше. А это означает, в какой-то степени, инвестиционную паузу. Еще раз подчеркну, мы предпринимаем те меры, которые облегчат для них принятие решения об инвестировании. Во-вторых, мы должны ускорить внутренние инвестиции, поскольку, прямые иностранные инвестиции являются важной частью, но местные, отечественные инвесторы играют все же гораздо большую роль. К сожалению, в начале года было заметно замедление инвестиций. Можно отметить снижение инвестиций в январе-феврале этого года на 5% по сравнению с первыми двумя месяцами прошлого года. Мы собираемся предпринять меры по улучшению условий для банков в части стимулирования выдачи кредитов на инвестиции. Для этого будет увеличен банковский капитал, а также упрощены условия рефинансирования кредитов Центрального банка. Мы также сосредоточимся на развитии инфраструктурных проектов, финансируемых из Фонда национального благосостояния. Мы выбрали семь инфраструктурных проектов, и в этом году начнутся работы по рефинансированию.

Джефф Катмор: Дипломатические переговоры продвигаются медленно и не принесли результатов. Ведь в настоящий момент мы не можем говорить об ухудшении или об улучшении ситуации. Это ставит Вас в очень сложную ситуацию, не так ли?

Алексей Улюкаев: Конечно, я бы сказал, на данный момент ситуация не является нормальной. И это создает множественные проблемы. Но это и своеобразный вызов для нас. Мы должны использовать новые методы работы. Как я уже говорил, эта проблема – внутренняя, у нас достаточно высокий уровень сбережений - около 30% от ВВП, но низкий уровень инвестиций – 20%, и эти 10% разницы и есть тот разрыв, на который можно увеличивать внутренние инвестиции. Это очень важно. Почему же национальные инвесторы не хотят инвестировать внутри страны? Отчасти из-за издержек производства, затрат на оплату труда, инфраструктурных расходов, стоимости электроэнергии, газа, а также стоимости транспортировки. Исходя из этого, мы пытаемся управлять данными издержками. Плюс транзакционные издержки, снижение их - это и есть наш вызов.

Джефф Катмор: Очевидно, что сильный отток капитала из России не поможет росту российской экономики. Существуют ли возможность того, что вы можете заморозить отток капитала, наложив запрет на перемещение денежных средств за рубеж для олигархов?

Алексей Улюкаев: Нет. Конечно же нет. Это просто невозможно. Абсолютно. Мы очень верим в свободное перемещение не только товаров и услуг, но и капитала. Начиная с 2006 года, у нас абсолютная свобода перемещения капитала. Нет никаких административных и экономических барьеров. И это наша принципиальная позиция. В 2008 - 2009 гг. у нас был отток в 130 млрд. долларов США, и мы не применяли никаких ограничений на движение капитала. Конечно, и в этот раз мы также не будем ничего ограничивать.

Джефф Катмор: Никаких ограничений в отношении капитала?

Алексей Улюкаев: Никаких ограничений.

Джефф Катмор: И никаких ограничений для JP Morgan, Goldman Sachs, Merrill Lynch или Bank of America Merrill Lynch? Для компаний, которые вовлечены в программу санкций?

Алексей Улюкаев: Да. Потому что мы понимаем, что это не их игра.

Джефф Катмор: Не их игра?

Алексей Улюкаев: Да, не их игра.

Джефф Катмор: Чья игра?

Алексей Улюкаев: Политическая. Это политическая история.

Джефф Катмор: И вы считаете, что не стоит предпринимать какие либо действия против данных организаций?

Алексей Улюкаев: Это не их выбор.

Джефф Катмор: Вы считаете, нет необходимости наказывать их за то, что они делают?

Алексей Улюкаев: Что касается меня, то - нет.

Документы