Шрифт
T
T
Размер шрифта
A
A
A
Цвет
А
А
А
Интервал
Стандартный
Большой
Средний
Изображения
Выкл
Вкл

Статьи и интервью

Алексей Лихачев: Харбинская ЭКСПО, может быть, самая главная точка межрегионального диалога между Россией и Китаем

10.09.15

Харбинская Ярмарка - второе уже по счёту Российско-Китайское ЭКСПО - стартует 12 октября на фоне падения второй экономики мира, явных структурных проблем в экономике российской и значительного сокращения товарооборота между двумя странами. Выполнить в этом году задачу увеличения товарооборота с Китаем до 100 миллиардов долларов уже явно не получится. Когда мы выйдем на эти рубежи и чем мы собираемся торговать с Китаем - товарами или инвестиционными проектами, обсудим с Алексеем Лихачёвым, первым заместителем Министра экономического развития России.

В: Алексей Евгеньевич, я приветствую вас, огромная благодарность, за то, что вы приехали...

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Добрый вечер.

В: С ярмарки непосредственно. Начнем, если не возражаете: чего вы ждете от Харбина? Какие задачи ставятся перед ее участниками?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Как, ярмарка вторая, первая год назад дала свои результаты, дала контрактов на 5 миллиардов долларов, дала новый уровень межрегионального сотрудничества, совершенно новое качество сотрудничества в сфере малого предпринимательства, электронной торговли. И внесла свой вклад, на мой взгляд, свою лепту в товарооборот. 

Наверное, коснемся, действительно, этой темы чуть подробнее, про статистику, она, как известно, штука лукавая. Но хочу сказать следующее: мы ждем больших формальных показателей от ярмарки, от второго Российско-китайского ЭКСПО по всем параметрам, начиная с формального количества участников, кончая объемом подписанных контрактов. Ну, и конечно же, считаем, что это уже теперь традиционная точка, может быть, самая главная точка диалога B2B межрегионального диалога межу Россией и Китаем, надеемся, что через год она еще переместится в Россию, и будет третье, юбилейное ЭКСПО в одном из регионов России. И мне кажется, это соответствует вызову, который есть самый главный. Вызов на новое качеств взаимоотношений с Китаем. Как с точки зрения диверсификации торгово-экономических связей, так и большего количества проектов во всех сферах.

В: Угу. Давайте я чуть поглубже копну. В оценках российско-китайского партнерства как некоего сплоченного тандема, вот, сейчас все же больше превалирует скептицизм.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Я бы даже сказал, иногда робость, доходящая до опаски.

В: Ну, хотя бы то, что Россия как торгово-экономический партнер находится, упала сейчас для Китая почти в конец второй десятки, уже сам за себя говорящий факт. Как его опровергнуть или иначе прочесть?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, если говорить про вот эту самую торговую линейку, о которой говорите вы, то я еще раз хочу сказать, что нужно к цифрам всегда относиться творчески. Значит, смотрите, какова история товарооборота России и Китая. Где-то с 12-го года мы вышли на товарооборот в 90 млрд долларов. Да, для Китая, может быть, это и не самая большая цифра, но для России, по нашей статистике, это абсолютный рекорд. Значит, в этих цифрах мы пришли и в год 14-й. 

При этом абсолютное большинство позиций нашего экспорта связано с энергетической группой, не только сырьевой, я подчеркиваю, но с энергетической группой. В 37-ми млрд долларов нашего экспорта в Китай в прошлом году, если не ошибаюсь, 21- это чистая нефть. Более того, по итогам первого полугодия текущего года, поставки чистой нефти возросли примерно где-то на 30%. Поэтому, будь цена на нефть такая, которая была в прошлом году в первом полугодии, да, то есть, +46% к нынешней, мы бы заметно повысили формальные цифры товарооборота и ушли бы не то что в первую десятку, а в первую пятерку.

В: Но мы при всем том остались бы китайской бензоколонкой.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, смотрите. Конечно же, при этом надо подчеркивать, что удельный вес и в физике, физических объемах и стоимости нефтепродуктов, которые являются на самом деле важной позицией и далеко несырьевой, с учетом глубины переработки, естественно, он тоже растет. Более того, для нас выгодно и важно экспортный поте... выгоден и важен экспортный потенциал Китая в этом смысле, поставки как нефти, так газа, так и нефтепродуктов, так и продуктов химической переработки нефти более высокого уровня. Ну, это, в общем-то, ни в коем случае не грех, это... это... это возможности.

Конечно, вы правильно зацепили тему инвестиционных проектов, нам интересны, интересна вся палитра взаимоотношений. Проекты технологические наших компаний, там. И мегапроекты, такие, как строительство широкофюзеляжного самолета, тяжелого вертолета, проекты, может быть, более, что ли, такие небольшие, связанные с металлургическими производствами, с алюминиевой продукцией, продукция переработки сельского хозяйства. 

Здесь получается такая сумма наших технологий, наших брендов на китайские ресурсы и человеческие, и финансовые. Ну, и конечно, огромный потребительский рынок, мы понимаем прекрасно, что он не то что не исчерпан - мы еще близко не подошли к реальному потенциалу китайского спроса. Поэтому мне думается, что цифры, которые нам поставлены - 100 млрд долларов товарооборота к 16-му году, значит, или в 16-м году, 200 - к 20-му - они легко достигаются экспортом энергоресурсов. Но не это наша задача. Используя это конкурентное преимущество все-таки нарастить линейку и..... поставок с высокой добавленной стоимостью, но и разместить определенные производства свои интересные в Китае, значит, и притянуть всяких инвестиций. Мы сегодня их оцениваем где-то в 8 миллиардов долларов. Цифра не фантастическая, на мой взгляд, требующая тоже дополнительной работы по увеличению и, конечно, в основном это ТЭК. 

Хотя есть китайские производства в России, связанные и со строительными материалами, и со строительством инфраструктуры. В общем, здесь полномасштабное такое сотрудничество, и та робость, которая есть сегодня у российских компаний у некоторых в работе с китайскими партнерами, ну вот, она преодолевается в том числе, есть такие параметры, как Харбинская ярмарка, понимаете, как постоянный диалог, который идет на самых разных уровнях между российскими и китайскими властями.

В: Китай опережает нас. Например, в технологическом плане. Вот сейчас это стало понятно, когда нам закрыли доступ к интеллектуальным новациям. Вот что получается, мы будем пытаться восполнить этот недостаток, и мы конкуренты в этом случае, большие конкуренты?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, смотрите, начнем с того, что Китай опережает всех. И те для Китая унылые цифры роста по прошлому году, да, самые низкие показатели за 24 года, это так, на всякий случай, 7,4 роста ВВП, понимаете? Сколько будет в этом году - посмотрим, но все равно это будет в районе 7-ки, ну, может быть, 6,4-6,8, да. Поэтому то, что Китай совершает некий прорыв и давно перестал быть фабрикой некачественных товаров, а стал современным технологическим партнером для большинства стран мира, это очевидно.

В этом смысле интерес к Китаю и у западных стран, европейских, Соединенных Штатов Америки, Канады крайне велик, нам почему не надо участвовать в этой работе, почему нам не нужно искать свое место. Да, наше место, скажем, во многом детерминируется структурой своей экономики, структурой своего экспорта, запросом, который есть на инвестиции, но инфраструктурные проекты у нас. У нас немножко другой запрос, чем у Бельгии, скажем, там, или Франции на взаимоотношения с Китаем. Но у нас он не менее активный и более того, более результативный, понимаете, по итогам, как бы, его выполнения.

В: Ну вот, сейчас вы зацепили, хорошо. На мой взгляд, вообще, Китай - темная лошадка. Вот сейчас мнение формируется устойчивое о спаде глубоком в его экономике, но я не поручусь, что это вот некая рукотворная тема, что Пекину как раз по какой-то либо причине это нужно. Вот это как раз и нужно, чтобы все так думали. Вы как оцениваете вот эти якобы серьезные проблемы китайские. Прогноз, допустим Сити-банка тот же последний.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, вот, про цифры ВВП в Китае, да, рост реальный и прогноз, я вам говорил.

В: Да, вы сказали, да.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): То есть, ну, она просто есть. То есть как угодно относиться, с ними согласен и мировой банк, и МВФ. Что действительно реально? Реально следующее. При таком ускоренном росте, который был у Китая за последние 20 лет, структурные перекосы и изменения, они, естественно, возникают. Возникают мнимые инвестиционные проекты, возникают фондовые пузыри. И тот ущерб в 5 триллионов долларов, который был последним на финансовом... фондовом кризисом нанесен, он... это действительно проблема. 

Но реальные проекты, реальное производство, действительно, привлечение иностранных инвестиций со всего мира в реальные прибыльные проекты, это факт исторический. Понимаете, вот я помню с 2008 года, с того кризиса разговор про жесткую посадку китайской экономики. Вот эта "жесткая посадка" как бы, в кавычках, да, естественно, она вот дает оценку спада ВВП на 0,6-0,7% роста при среднем 7-8. Поэтому, конечно же, еще раз хочу сказать, определенные инфраструктурные перекосы имеются, без сомнения, существует перекредитование ряда секторов национальными банками. Но в чем вот главное мое убеждение, что к Китаю нельзя подходить с обычными хрестоматийными оценками. 

То есть нельзя к китайской экономике применять обычные инструменты анализа, которые мы применяем, скажем там, к странам Западной Европы или Латинской Америке, там другая структура экономики, другая структура собственности, другая структура управления. И мне не видится сегодня реальных проблем в китайской экономике, которые смогли бы принести заметный ущерб нашим отношениям.

В: Я, конечно, замечаю, нельзя не заметить того, что мы как бы стараемся сейчас сблизиться с Китаем. Ну вот, парадокс - по-моему, нам ведь даже сейчас, вот в условиях некой экономической изоляции легче и политически легче говорить с Европой, чем с Китаем. Вот за последние десятилетия мы стали все-таки больше европейцы. Ну вот, я задумался, что мы знаем о Китае, вот если выйти и спросить вот - кто с ходу может назвать крупнейшие памятники в Поднебесной или каких-то философов, писателей. Вы знаете хотя бы одного художника китайского?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Да.

В: Я знаю это, Веня или Веню, и то потому, что это оппозиционер и о нем говорили. Вот мы вообще понимаем Китай?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): А, ну, смотрите, давайте две темы все-таки разделим.

Нет, ну мы сейчас можем говорить о культуре Китая, о великих философах. Только понимаете, это на самом деле важно может быть эмоционально, но я вам клянусь, что подавляющее число тех же американских бизнесменов не имеет ни малейшего представления, даже, может быть, о границе с Китаем. Тем не менее, активно развивает бизнес. Поэтому эта тема важная, но на мой взгляд, она все-таки носит такой, немножко такой....

В: Но нам-то хотелось бы, наверное, все-таки близости...

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, понимаете, близость в экономике - это такая тема, спорная. И что за ней следует. А вот в чем я с вами согласен, что многие наши компании сегодня, и я просто, как бы, это видел в реальности, приходя на китайский рынок, не готовы разговаривать с китайцами на их языке, потому что отношение, собственно, к предпринимательству в Китае, отношение к торгово-экономическим операциям, оно немножко другое, чем у европейцев, понимаете?

И конечно же, с учетом того, что рыночная экономика в России остановилась в первую очередь в контактах с Западом, это сейчас сказывается. И вот та опаска, та робость, которая иногда присутствует в наших компаниях и в работе с нашим крупнейшим восточным партнером, это факт исторический. То есть о том, что нам легче разговаривать с европейцами и нужнее нам, понимаете, какое дело, вот я просто, я, я вам честно скажу, что с точки зрения связей с компаниями, с компаниями европейскими, с компаниями даже североамериканскими, я бы слово "изоляция" не применял. 

Конечно же, есть оглядка на принятые реструктивные меры, конечно же, есть некое сдерживание в развитии новых проектов. Но в контактах с немецким бизнесом, с французским, с бельгийским, с американским, мы видим, в общем-то, весьма и весьма большой интерес, и мы много на это тратим времени, и в этом есть результаты свои.

В: Тем не менее, тем не менее, ближе хотим сейчас быть все же с Китаем. Ну вот, я бы к вашей робости, о которой вы говорите по отношению к нашим бизнесменам-предпринимателям, я бы им, может быть, еще добавил, как бы это помягче сказать, мы долго запрягаем по отношению к чиновникам. Вот почему не построили до сих пор мост через Амур, ведь китайцы предлагали, давали деньги и все. И вот только сейчас, а 10 лет разговор об этом ведется.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Но я думаю, что здесь дело не в робости. Вот с мостом через Амур точно проблема не в робости, а в том, что это решение должно быть всячески быть и... продолжается его оценка определенная.

В: 10 лет продолжается оценка.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): С торгово-экономических позиций, с позиций интересов российских, связанных не только со строительством моста как такового, но инфраструктуры и производство структуры вокруг него. Если решение такое не принято, но, поверьте, это не только потому, что кто-то там робеет в Правительстве на этот счет, совсем нет.

В: Может быть, вопрос, не совсем как бы входящий в вашу компетенцию, но вы же можете оценить. Лозунг "русский и китаец - дружба навек", да, вот мы с вами его помним, может быть, вновь станет актуальным вследствие некоей взаимной политической... взаимной политической сверхзадачи. Вот, допустим, стремление изменить существующий мировой порядок, вот это может нас сблизить? Я имею в виду, ведь у нас один, один главный соперник, да, Соединенные Штаты. Я имею в виду чисто экономически здесь.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, это, конечно, лучше с представителями МИДа такие темы обсуждать, но я вам просто скажу как, скорее, человек, а не как... как гражданин, а не как представитель определенного ведомства. Конечно же, XXI век - это век многополярного мира. Конечно же, главная задача и Китая и России в этом многополярном мире обрести свой полюс, понять точки соприкосновения с партнерами и понять красная линия, разделительная, ну, между теми же полюсами. 

Непростой вопрос. Есть ли у нас красная линия с Китаем? Конечно, есть. Ну, конечно, есть разделительная красная линия, которая где интересы, скажем, не совпадают полностью. Но на сегодняшний день их меньшее количество. И вот о том диалоге там, или наоборот, дискуссии, иногда даже ,может быть, некоем противостоянии политическом с Соединенными Штатами Америки, которые происходят в определенных сферах, у России и Китая, конечно, больше точек соприкосновения. Это тоже очевидно совершенно. Другой разговор, что Китай и Россия - это две разные страны. Это две разные культуры, два разных народа. Поэтому своя повестка и свои приоритеты у России должны быть. 

И здесь я просто как участник, в том числе и переговоров многих, очень многих переговоров на самых высоких и высших уровнях с Китайской Народной Республикой, могу сказать, что руководство страны вполне четко эти приоритеты принимае... понимает и вполне однозначно их отстаивает. То есть никаких попыток стать, ну, я не знаю, энергетическим придатком Китая у нас просто нет. Более того, все отдают себе отчет, что экспорт энергоресурсов, экспорт продуктов переработки нефти, газа, химической промышленности - это наши большие интересы, и это нужно России, так простым языком говоря. 

Привлечение китайских инвестиций в определенные инфраструктурные проекты - тема, может быть, даже более важная на сегодняшний день, в связи с сжатием просто кредитного пространства, но она тоже соответствует нашим интересам. Ну вот, таким каким-то путем, не расширяя уже безгранично эту повестку сотрудничества.

В: Ну вот, все же хотелось бы, чтобы вы, может быть, структуры экспорта нашего, структура товарооборота нашего была... исключалась в дальнейшем в сторону несырьевой.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Я вам только одно могу сказать, что структура экспорта нашего в Китай намного лучше, чем Европа в целом. Намного более диверсифицирована, содержит в себе большое количество машинотехнической продукции, продуктов питания, не сырья, а продуктов лесопереработки. Кстати, достаточно высок еще экспорт услуг здесь, удельный вес его. Поэтому...

В: Неужели китайцы перестали вывозить сырой лес из Дальнего Востока?

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): В тех масштабах, который был в 90-х, перестали.

В: Ну, спасибо огромное за вот эти исчерпывающие комментарии по Китаю. Остался один вопрос, который я вам не могу не задать, потому что Алексей Валентинович ведет, Улюкаев ведет переговоры эти. Да, вот оцените перспективы, вот, трехсторонних переговоров по ассоциации Украины с ЕС.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Ну, я просто не могу себе отказать в удовольствии процитировать последнюю фразу нашего министра: "ситуация отличная, но не безнадежная". То есть переговоры прошли в понедельник, очередные. Сесилия Мальстрем, комиссар по торговле, Алексей Валентинович Улюкаев, министр иностранных дел Климкин с Украины. Европейцы согласились обсуждать нашу повестку и попробовать выйти на документ. Не на заявление, не на меморандум, а на документ, определяющий наше сотрудничество при возможном членстве, при возможной ассоциации Украины с ЕС. Европейцы согласились, мы озадачили таким образом экспертов. 

Украина позицию, если не зарезервировала, то оттенила ее следующим образом, что окончательной директивы у Климкина по этому поводу нет. Надеюсь, что он ее получит в Правительстве. В течение октября эксперты подготовят определенные решения. В ноябре министры наши такой документ парафируют, тогда он вполне будет готов к подписанию. Если нет, то мы будем действовать в строгом соответствии с имеющейся нормативной базой, а именно, зоной, за соглашением о зоне свободной торговли и возможными мерами, которые Россия может, соответственно, применить для минимизации рисков и защиты своих экономических интересов.

В: Ну, тогда я не буду педалировать, чтобы не сглазить. Я благодарю вас. Алексей Лихачев, первый заместитель министра экономического развития, был в нашей студии. Алексей Евгеньевич, всегда рады вас видеть. Удачи вам во всем.

Алексей Лихачев (Первый заместитель Министра экономического развития РФ): Абсолютно взаимно.

Документы