Шрифт
T
T
Размер шрифта
A
A
A
Цвет
А
А
А
Интервал
Стандартный
Большой
Средний
Изображения
Выкл
Вкл

Статьи и интервью

Интервью директора Департамента торгвых переговоров Минэкономразвития России М.Ю. Медведкова «ВКУСНЫЙ РЫНОК», журнал «Итоги», №18, 28.04.2008 г.

29.04.08
Интервью директора Департамента торгвых переговоров Минэкономразвития России М.Ю. Медведкова «ВКУСНЫЙ РЫНОК», журнал «Итоги», №18, 28.04.2008 г. 
 
Автор: Константин Угодников
"По мере того как наш рынок становился "вкуснее", тем более жесткие требования выдвигались на переговорах о присоединении России к ВТО... Чем сильнее экономика страны, тем труднее ей стать членом этой организации", - говорит глава департамента торговых переговоров МЭРТ Максим Медведков.
Россия давно вышла на финишную прямую в процессе присоединения к ВТО. Однако пересечь черту ей пока никак не удается. На фото: центральный вход в штаб-квартиру в то в Женеве.
Вице-премьер Алексей Кудрин подписал двустороннее соглашение с Объединенными Арабскими Эмиратами о присоединении России к Всемирной торговой организации. По сути российским переговорщикам осталось согласовать позиции только с двумя государствами - Саудовской Аравией и Грузией. Если, конечно, в последний момент в процесс не вмешается Украина, присоединяющаяся к ВТО уже в этом году. О том, как продвигаются переговоры на завершающем этапе и какие аргументы остались в запасе у России, рассказал гость редакции "Итогов" глава департамента торговых переговоров МЭРТ Максим Медведков.
- Максим Юрьевич, мировая экономика движется в сторону кризиса. Зачем мы в таких условия так настойчиво стучимся в двери ВТО? Может быть, нашей стране выгоднее было бы торговать в соответствии с двусторонними договоренностями?
- Я надеюсь, что системный кризис в мировой экономике не наступит. Но если это произойдет, членство России в ВТО, на мой взгляд, тем более было бы нам выгодно. Россия сильно зависит от внешней торговли, около 40 процентов нашего ВВП формируется через внешние каналы. У других крупных стран этот показатель ниже. Это означает, что мы должны обезопасить нашу внешнюю торговлю с помощью ясных и предсказуемых правил, которые будем соблюдать не только мы, но и наши партнеры. От того, на каких условиях мы будем торговать вовне, прямо зависят и прибыли наших предприятий, и доходы бюджетов, в том числе региональных, и уровень занятости.
Как развитые страны до появления ВТО реагировали на экономические кризисы? Они в полном соответствии с теорией Маркса занимались жестким протекционизмом. Если это произойдет сейчас, то первой жертвой протекционизма станет именно российская экономика. Потому что мы не члены ВТО и против нас эти меры ввести намного проще, чем против других стран. Против нас пока можно играть без правил. И можно согласовывать правила торговли без нас. Поэтому неучастие в этой организации вполне может выйти нашей экономике боком.
- Но вступление в ВТО, по мнению многих, также несет риски для российской экономики.
- Да, ВТО несколько ограничит нашу свободу рук. Но в разумных пределах. Например, нужно ли нам вводить протекционистские меры против иностранных инвестиций? Надо ли ограничивать импорт товаров? В какой-то степени да. Нормы ВТО дают такую возможность. Будучи членами этой организации, мы сможем в определенных случаях принимать такие меры, защищать отечественных товаропроизводителей и поставщиков услуг и регулировать ситуацию в финансовой системе, если она, не дай бог, начнет ухудшаться. То, что мы не сможем делать, например: произвольно повышать импортные тарифы или субсидировать конкретные производства. То, что мы должны будем делать: обсуждать и заблаговременно публиковать все решения об изменении регулирования во внешнеэкономической сфере или предоставлять право всем участникам внешнеэкономической деятельности обжаловать такие решения. Наверное, это хорошо. Предсказуемость, транспарентность, равенство условий для всех - мощные инструменты поддержки цивилизованного экономического роста. Поэтому чем раньше мы завершим процесс присоединения, тем лучше.
- Большую часть российского экспорта составляют энергоносители. Однако торговля ими нормами ВТО не регулируется. Так зачем нам торопиться с вступлением в эту организацию?
- Пока в нашем экспорте энергоносители весомы - это правда. Но правда и то, что ВТО регулирует торговлю всеми товарами, а многие наши партнеры применяют против нас меры, которые противоречат базовым принципам ВТО, в том числе и в области поставок энергоносителей. Есть директива Евросоюза, согласно которой доля российского газа в импорте ЕС может быть ограничена. Есть проблемы с доступом нашего уранового сырья на рынки Европы и США. Есть и другие ограничения, касающиеся нашего экспорта. Но если мы присоединимся к ВТО, применять их против нас уже никто не сможет. А если будут применять, мы сможем оспаривать правомерность таких действий.
Наконец, мы ставим перед собой четкую цель - уйти от энергетической зависимости нашего экспорта. Без участия в ВТО мы, может быть, и сможем производить нечто с большей добавленной стоимостью. Но вот торговать этим на мировых рынках - нет. Там очень серьезная конкуренция. И нас туда просто не пустят. России нужно членство во Всемирной торговой организации именно для того, чтобы открывать для наших поставщиков новые рынки, бороться за справедливые условия торговли. Иначе мы так и будем сертифицировать наши вертолеты в Северной Америке или самолеты в Европе по 10 лет.
- Создается впечатление, что есть и еще один аспект, делающий присоединение к ВТО необходимым для российской экономики. Оно станет своеобразной точкой невозврата, после которой мы уже не свернем с рыночных принципов...
- Если рассуждать теоретически, то вы не правы. Из любой международной организации можно выйти. Отказаться от участия в работе ВТО ее члену просто. Достаточно подать заявление и подождать полгода. Но за всю историю существования этой организации ни одна страна этой возможностью не воспользовалась. Плюсы от членства в ВТО для всех намного превышают минусы. В конце концов, членами ВТО являются и страны с явно выраженной плановой системой экономики. Куба, например.
Точка невозврата в данном случае заключается в другом. И она, пожалуй, Россией уже пройдена. Если мы привели весь массив нашего законодательства в соответствие с нормами ВТО и видим, что оно стало лучше старого, обеспечивает наше экономическое развитие, интересы компаний, граждан, то зачем нам возвращаться обратно? Но при этом мы делали это не по указке извне и не только для того, чтобы присоединиться к ВТО, а потому, что это было необходимо прежде всего нам самим.
- Как получилось, что на пути в ВТО нас опередили нерыночная Куба и не отличающийся либерализмом Китай?
- Еще в 1946 году СССР предложили стать учредителем ГАТТ, которое потом и стало основой ВТО. Считается, что Сталин тогда отказался и написал резолюцию своим помощникам с указанием создать Совет экономической взаимопомощи. Что и было сделано. То есть нам предлагали членство изначально. Мы сами отказались. Потом нас туда уже не пускали. Политбюро в свое время даже приняло решение о том, что нам все-таки надо было бы присоединиться к ГАТТ. Но возникла проблема Афганистана. Потом был южнокорейский "Боинг" и так далее. Это была чистая политика. Хотя к приходу СССР готовились. Некоторые страны принимали специальные поправки в свое законодательство, которые позволяли бороться с советскими государственными предприятиями в случае нашего присоединения к ГАТТ.
Когда мы наконец подали заявку, время оказалось упущенным. Это было в 1993 году. Вы же помните, какая тогда была ситуация в нашей стране. Когда наконец переговоры перешли в активную стадию - это было семь-восемь лет назад, - оказалось, что мы: а) сильные: у нашей экономики начали появляться мускулы; б) "вкусные": за такой рынок, как Россия, членам ВТО не грех и побороться. По мере того как наш рынок становился "вкуснее", тем более жесткие требования выдвигались к России. Это истина - чем сильнее экономика страны, тем труднее ей стать членом этой организации.
- Понятно тогда, почему Грузии, Украине, Киргизии оказалось проще присоединиться к ВТО - они "невкусные".
- Грузия и Киргизия, в известной степени, - да. Но не Украина. Это большая страна с большой экономикой. Но в Киеве избрали более либеральный курс экономического развития и, соответственно, присоединения. Условия членства Украины в ВТО несколько более либеральны, чем наши будущие обязательства в ВТО. Сейчас трудно сказать, хорошо это или плохо. Время покажет.
- Говорят, даже обнулили пошлины на этиловый спирт...
- Спирта на Украине теперь будет много. Водка будет стоить дешево. Но эта позиция наших украинских коллег была сознательной. Они считают, что либеральная модель участия Украины в мировой торговле выгодна их стране. Для России же она не очень подходит. У нас существуют красные линии, за которые мы никогда не выйдем. Даже если переговоры будут вестись дольше, чем мы рассчитываем. С Грузией ситуация такая: протекционистские меры там реально были не нужны. Потому что, когда эта страна присоединялась к ВТО восемь лет назад, экономики у нее фактически не было. Защищать было почти нечего. Сейчас экономика Грузии стала потихоньку расти. Кстати, возможно, членство в ВТО сыграло и здесь позитивную роль.
- Собираетесь ехать договариваться в Киев или надеетесь, что Украина не войдет в Рабочую группу ВТО по переговорам с Россией?
- Украина скоро получит право войти в нашу Рабочую группу. Но вот какую позицию она займет, пока неясно. В принципе, в группе есть страны, которые ведут с нами переговоры, но есть и те, кто не выдвигает собственных требований и оказывает нам, скажем так, моральную поддержку. Мы их об этом не просили, но на каждом заседании они заявляют о том, что переговоры пора заканчивать и принимать Россию с теми условиями, о которых уже договорились. Поэтому вариантов тут два. Либо Украина вступит с нами в двусторонние переговоры, либо займет позицию активного помощника нашего присоединения. А почему нет?
- А почему да?
- В принципе, если Украина вступит в переговоры, то их масштаб вряд ли может быть большим. У нас с этой страной существует зона свободной торговли. 99,9 процента украинских товаров поставляется в Россию беспошлинно. Равно как и российские товары на Украину. Есть совместный механизм наблюдения за торговлей, обсуждаются планы совершенствования торгового режима. Так что почвы для разногласий я здесь не вижу.
- Могут возникнуть разногласия в других сферах. Например, по газу. Вы так не считаете?
- Да, у наших стран есть неурегулированные двусторонние вопросы в экономической сфере. Но при присоединении к ВТО Россия ведет переговоры, касающиеся только тех аспектов, которые входят в сферу регулирования этой организации. Нам и раньше поступали предложения поговорить о чем-то еще. Но каждый раз мы отказывались и жестко стояли на своем. Мы вели разговоры о газе с США, Евросоюзом, другими странами. Но пришли к выводу, что существующая в России система государственного регулирования в этой сфере не противоречит ВТО. И надеюсь, что украинские коллеги не скажут нам по этому вопросу чего-то принципиально нового. В любом случае члены ВТО имеют право просить нас о торговых уступках. А мы имеем право их предоставлять либо не предоставлять, если считаем, что это могло бы нанести ущерб нашим интересам...
- Но, судя по последним заявлениям из Киева, торговаться с Украиной все равно придется. Разве не так?
- Мы слышим разные заявления. Много и позитивных. Кроме того, есть соглашение, подписанное президентами и ратифицированное парламентами обеих стран еще в 2004 году. Там ясно сказано, что в случае присоединения какой-либо из стран к ВТО раньше другой она будет оказывать своему партнеру всяческую поддержку.
- Так под ним стоит подпись еще Леонида Кучмы?
- Ну и что? У нас в мае тоже президентом будет не Владимир Путин, а Дмитрий Медведев. Мы же не скажем, что все подписанное Владимиром Владимировичем недействительно? Соглашение подписано от имени государств и в рамках тех законов, которые действуют в наших странах.
- Были ли прецеденты, когда страна становилась членом ВТО, при том что хотя бы один член Рабочей группы был против? Или пока мы не договоримся с Украиной и Грузией, к ВТО не присоединимся?
- Таких случаев много. Например, та же Грузия. Когда эта страна присоединялась к ВТО, США вынуждены были формально заявить о неприменении правил ВТО в отношении Грузии, так как к этому времени не успели отменить действовавшую против закавказского государства поправку Джексона - Вэника. Но это реально ни на что не повлияло. То же самое, если мне память не изменяет, касалось и Киргизии. Но лучше со всеми договариваться.
- Максим Юрьевич, вы готовы сделать прогноз, когда ваша миссия по присоединению России к ВТО наконец завершится?
- Если миссия не будет выполнена до конца текущего года, то это будет означать, что у нас возникли какие-то системные проблемы, скорее всего не имеющие отношения к внешней торговле. Все технические вопросы можно решить за несколько месяцев. Осталось три-четыре субстантивных вопроса, но мы над ними работаем уже много лет, понимаем позицию друг друга. И если мы не завершим переговоры, значит, есть факторы, о которых мы не знаем, которые учесть не можем. Тогда из торгового этот вопрос перейдет в политический. Но я надеюсь, что до такого сценария дело не дойдет.

Документы