Шрифт
T
T
Размер шрифта
A
A
A
Цвет
А
А
А
Интервал
Стандартный
Большой
Средний
Изображения
Выкл
Вкл

Статьи и интервью

Интервью заместителя Министра О.В. Фомичева «Чиновычитание», «Российская газета» - Федеральный выпуск №5738 (65) от 26 марта 2012 г.

26.03.12

Чиновычитание

Льготы или деньги: что предпочтительней чиновникам, а что гражданам и стране?

 

Елена Кукол

 

Зарплату чиновников привяжут к результатам их работы. Пока это коснется крупных управленцев, отвечающих за большие проекты, и тех, кто работает с населением, поскольку эффективность их деятельности можно просчитать, сообщил "РГ" заместитель министра экономического развития Олег Фомичев.

Два министерства - минэкономразвития и минздравсоцразвития - работают сейчас над таким законопроектом.

О том, каких льгот могут лишиться чиновники, надо ли сокращать число госслужащих, как могут воздействовать на нерадивых "слуг народа" граждане и правительство, Олег Фомичев рассказал в интервью "Российской газете".

- Сейчас обсуждается идея замены натуральных льгот, которые есть у чиновников, денежными компенсациями. Без каких льгот вы останетесь, если эта монетизация будет проведена?

- Олег Фомичев: В принципе, их уже сейчас немного. Самая распространенная - льгота по обслуживанию в ведомственных поликлиниках. Наверное, переход к режиму наподобие добровольного медстрахования с нормальным полисом, возможностью посещения хороших поликлиник имел бы смысл. Других льгот у подавляющего числа госслужащих на уровне рядового состава министерств нет.

Для чиновников более высокого ранга до 2005 года в натуральном виде существовала льгота по выделению квартир, но она уже монетизирована - действует закон, по которому раз в жизни чиновник может получить жилищную субсидию. Есть еще служебные автомобили с водителем, что теоретически тоже можно считать льготой. Но я не уверен, что переход к оплате расходов для того, чтобы машина нанималась на рынке, будет эффективным с точки зрения госрасходов.

- Монетизацию увязывают с повышением зарплаты чиновников. Какой она должна быть?

- Олег Фомичев: Речь идет о том, что она должны быть сопоставимой с доходами сотрудников крупных частных корпораций.

Но, на мой взгляд, ее уровень должен быть процентов на 20 ниже, чем в коммерческом секторе.

- Странно это слышать от представителя "чиновничьего класса"...

- Олег Фомичев: У госслужбы есть своя специфика. Часто люди идут на такую работу за стабильностью, здесь нет риска, как в бизнесе. Но есть соцпакет, неважно, будет он монетизирован или нет, определенный статус.

Кроме того, госслужба - это еще и возможность самореализации, достижения карьерных целей. Именно потому на госслужбе уровень оплаты должен быть ниже, чем в бизнесе. Но разрыв нельзя делать очень сильным. Иначе у чиновников пропадает стимул к работе - самые способные молодые люди уходят в коммерческие структуры.

- Сейчас разрыв велик?

- Олег Фомичев: В среднем значительно больше 30 процентов.

- Но, в отличие от бизнеса, зарплата госслужащих не зависит от эффективности работы...

- Олег Фомичев: Привязать зарплату к эффективности работы чиновника сложно. Но мы пытаемся это сделать. Вместе с минздравсоцразвития готовим поправки в закон, по которому руководители федеральных органов власти получат право устанавливать внутри своих ведомств для отдельных должностей систему оплаты труда в привязке к эффективности их деятельности, так называемым KPI.

Возможно, это будет сделано в пилотном режиме для высших управленцев, которым доверяется какой-либо крупный проект. Такая схема возможна и для чиновников, которые общаются с населением - выдают справки, отвечают на запросы. Или для госслужащих, осуществляющих "транзакционные" работы. В этих случаях подсчитать эффективность достаточно просто, могут быть количественные показатели по числу принятых посетителей, проведенных транзакций. И в зависимости от достижения этих целей могут выплачиваться бонусы, премии. Но есть должности, когда оценить эффективность чиновников сложно. И для них система оплаты труда пока останется прежней.

- За счет каких ресурсов будут поощряться самые эффективные чиновники?

- Олег Фомичев: Это может быть премиальный фонд внутри того финансирования, которое уже выделяется министерству. Либо - придется вводить для ведомств специальные надбавки на федеральном уровне. Пока вопрос финансирования не решен.

- Эксперты, работающие над обновлением Стратегии-2020, подсчитали, что сейчас в России трудится 1,6 миллиона чиновников. И предлагают их количество сократить. А как вы считаете, у нас много чиновников?

- Олег Фомичев: Переизбытка федеральных госслужащих, на мой взгляд, все-таки нет.

Для того чтобы определить, много или мало чиновников, надо оценить их соотношение к объему исполняемых функций. По нескольким ведомствам мы пытались проводить такую оценку, заказывали научные исследования, чтобы расписать численность чиновников по функциям. И понять, на какие их нужно больше, а на какие - меньше. Пока из полученных результатов следует, что резервов сокращения фактически нет.

- Почему?

- Олег Фомичев: Если идти от сокращения госслужащих без привязки к функциям, это может только усугубить проблему. У нас тогда появятся "провисающие" функции, какие-то из них просто не будут выполняться.

Причем полной картины, какие именно функции выполняются, а какие - нет, не будет видеть даже правительство. Ведь помимо выполнения своих непосредственных функций, прописанных в законодательстве, чиновники еще обязаны выполнять различные поручения, которые поступают от вышестоящих структур. И если приходит срочное поручение, то чиновник идет в первую очередь выполнять его, а не работу, за которую пока никто не спрашивает. А потом, когда что-то сгорит или рухнет, летят головы. Так что сокращение госаппарата - большая содержательная задача. И главная логика должна заключаться в том, что идти надо не от количества чиновников, а от необходимости или, наоборот, ненужности функций.

- А их много?

- Олег Фомичев: Были экспертные оценки, насчитали чуть ли не 30 тысяч госфункций. Но само по себе понятие функция очень неопределенное, их можно "нарезать" миллионом разных способов. Например, можно сказать, что у нас есть одна функция макроэкономического прогнозирования, а можно - есть функция подготовки среднесрочного прогноза, сценарных условий, проведения текущего мониторинга и т.д. Поэтому решили "плясать" не от количества функций, а сосредоточиться на госуслугах. Там все несколько проще. Если существует факт запроса гражданина или юрлица на некое действие со стороны госоргана, то, значит, должна быть и такая госуслуга. Их у нас более 600, они все учтены, внесены в реестр.

- Эксперты говорят, что и контролеров у нас чересчур много. Поскольку самая сложная ситуация в муниципалитетах может передать их полномочия в этой сфере на уровень регионов, Федерации. Как вам такая идея?

- Олег Фомичев: Действительно, иногда в небольших муниципалитетах для осуществления контроля нет ни одной штатной единицы. Но по каждому конкретному случаю надо принимать отдельное решение. Лучше, конечно, убрать такой контроль.

Но некоторые его виды могут быть эффективны именно на муниципальном уровне. Или придется создавать территориальный орган с отделением в каждом муниципалитете. А это вряд ли приведет к сокращению числа контролеров и расходов на них.

- Планы по снижению административных барьеров и повышению качества госуслуг выполнены лишь наполовину. Почему?

- Олег Фомичев: Ситуация по ведомствам разная. Есть случаи, когда свой план - а эти задания, выданные распоряжением правительства, были очень конкретные - не выполняются по объективным причинам. Скажем, мы разбирались по своим невыполненным пунктам, их всего три. Но все они касаются проекта закона о внесении изменений в Земельный кодекс. Он разработан. Но "завис" в межведомственных согласованиях: у правительства одна позиция, у президентского совета по кодификации - другая, у Госдумы - третья. Так что здесь, наверное, невыполнение плана объясняется сложным характером решаемой проблемы.

А есть другие случаи, когда практически готовые и согласованные проекты законов не вносятся в правительство и в Госдуму. Потому что каждое ведомство и подведомственные организации часто заинтересованы в том, чтобы как можно дольше оставалась текущая ситуация, например, чтобы для бизнеса не исключались дополнительные согласования, экспертизы, получение разного рода сертификатов. И возникает ситуация, близкая к саботажу.

- Рычаги воздействия на таких саботажников есть?

- Олег Фомичев: Есть. Но пока, по моим ощущениям, в полной мере они не задействованы. Я, честно говоря, не помню, чтобы увольняли чиновников уровня заместителя министра, директора департамента, виновных в намеренном срыве сроков по поручению или распоряжению правительства. В этом случае мы донесли до правительства информацию о том, кто, как и по каким причинам реализовывает или не реализовывает соответствующие планы. Дальше решение должно принимать правительство.

- А вообще у чиновников есть персональная ответственность за качество услуг, которые они предоставляют?

- Олег Фомичев: Есть. С этого года вступили в силу поправки, вводящие ответственность работников федеральных органов исполнительной власти за непредоставление или некачественное предоставление госуслуг.

Введена и процедура досудебного обжалования действий чиновников. Любой гражданин или предприниматель имеет право обратиться с жалобой в орган власти на действие или бездействие чиновника, и она обязательно должна быть рассмотрена. В строго установленные сроки. К виновному могут быть приняты меры административного взыскания, вплоть до штрафа (до 30 тысяч рублей. - Прим. ред.). Об этом недавно шла речь на международной конференции "Развитие госуправления в России".

Пока, правда, не все ведомства разработали положения, в которых должно быть прописано, кто именно отвечает за контроль над рассмотрением таких заявлений. Такая работа будет завершена к июлю, одновременно с принятием всех административных регламентов. Но принятый закон - прямого действия. Так что граждане могут подавать жалобы уже сейчас, а ведомства обязаны их рассмотреть.

Документы