Шрифт
T
T
Размер шрифта
A
A
A
Цвет
А
А
А
Интервал
Стандартный
Большой
Средний
Изображения
Выкл
Вкл

Выступления и заявления руководства

Максим Орешкин: Мы все сделали, чтобы в экономике была предсказуемость

24.10.17

Глава Минэкономразвития России выступил на пленарной сессии «Макроэкономика» инвестиционного форума ВТБ Капитала «Россия зовет!».

Модератор: Как вы считаете, благодаря чему в России произойдет ускоренный рост экономики и какие приоритетные задачи Правительство должно решить для того, чтобы обеспечить этот более быстрый рост, выше 2%, который необходим нашей экономике для того, чтобы развиваться темпами выше среднемировых?

Максим Орешкин: Спасибо большое. Я правда, не знаю, где здесь оптимизм, потому что все наши прогнозы более чем реалистичны. Я просто вспоминаю – 5 лет назад, когда я начинал работать в ВТБ Капитал, мой первый отчет, написанный по российской экономике, говорил о том, что сейчас рост будет резко замедляться и в 2013 - 2014 годы нас ожидают очень низкие темпы роста. Реальность было такова, таковы были и прогнозы.

Соответственно, сейчас, когда в начале этого года я сказал, что рост будет как минимум 2% – все смеялись, никто в это не верил, говорили, что оптимизм избыточный. По факту имеем второй квартал уже 2,5%, третий квартал – 2,2% и вполне выходим на эти 2%, даже чуть больше к концу этого года.

Главное же то, что ожидания очень серьезно влияют и на экономическую активность, и на состояние финансовых рынков. Понятно, что после двух лет затяжного кризиса у всех планка ожидания была очень низкая. И поэтому главная задача финансово-экономического блока в этом году – конечно, вернуть уверенность экономическим агентам, создать предсказуемые условия относительного того, что будет происходить в будущем. На самом деле и Правительство, и Центральный Банк последние два-три года очень активно работали над целым блоком структурных реформ макроэкономической политики. С принятием бюджетных правил блок реформ, можно сказать завершён и полностью исполнен. Это как раз те реформы – и инфляционное таргетирование, переход к плавающему валютному курсу, механизм валютных интервенций, о котором Антон Германович рассказывал, и бюджетное правило. Все это вместе – это то, что позволяет с уверенностью смотреть в стабильность условий развития экономики, но с точки зрения динамики финансовых рынков и основополагающих экономических показателей.

Помимо этого очень большой объем реформ был сделан в микроэкономической политике. Смотрите на тот же рейтинг Doing Business. Прошлый год – 40 место. В этом году, надеюсь, есть основания ожидать, что можем пойти выше 40 места. По поводу Economic Forum Global Competitiveness Index, там мы до 38 места поднялись, еще дальше пойдем в следующем году. Мы осуществили за последние 2-3 года переход к предсказуемой политике индексации регулируемых тарифов: они теперь ориентируются на целевой уровень инфляции. Сейчас следующим этапом будем работать над переходом на долгосрочные тарифы для большинства компаний естественных монополий. В этом году сделали кодификацию неналоговых платежей. Ведем сейчас большую реформу по контролю и надзору. Будем на следующей неделе вносить в парламент законопроект. Все это делается для того, чтобы условия были предсказуемы. Это очень важно, чтобы вернуть уверенность после затяжного кризиса.

На самом деле с точки зрения роста многие недооценивают тот эффект, который переход к низкой инфляции будет оказывать на российскую экономику. Сейчас все в первую очередь обращают внимание на некоторые краткосрочные негативные последствия, связанные с тем, что бизнес-модели в финансовом секторе и компании реального сектора, которые прятали свою неэффективность за высокой инфляцией, сейчас где-то даже взрываются, но это, как говорится по-английски, short-term pain, but long-term game, т.е. после короткого периода негативных событий - и хорошо, что они происходят на положительной фазе экономического цикла и улучшающаяся бюджетная ситуация помогает все эти ситуации отрабатывать. Это означает, что в долгосрочной перспективе это более эффективное распределение ресурсов в экономике и более высокий потенциальный рост. Это первая часть, связанная с низкой инфляцией.

Вторая часть. Я в последнее время провожу сравнение того, что сейчас происходит в российской экономике с тем, что происходило в экономике США в начале 80-х годов. Пол Волкер, который стал в конце 70-х главой Федеральной резервной системы, провозгласил политику борьбы с инфляцией. Это привело к рецессии 1981-1982 годов в США. Но в итоге запустило кредитный цикл длительностью в 25 лет с 1982 года де-факто по 2007, который во многом и поддерживал экономический рост и определил структуру экономического роста и в 80-е и в 90-е. 90-е вообще были очень хорошим периодом для американской экономики.

Для России переход к низкой инфляции – это тоже точка запуска долгосрочного кредитного цикла. И одна из главных задач на следующий год – этот новый нарождающийся кредитный цикл правильно сформировать. Все, что происходит с точки зрения очистки банковской системы от неэффективных игроков, будет правильно формировать кредитный цикл. Тренды на дедолларизацию и те меры макропруденциальные, которые Центробанк принимает, зажимая долларовое кредитование, особенно у населения – это тоже тренд, который будет правильно формировать кредитный цикл.

Третья история. Это, конечно, важно не допустить повторения ошибки 2011-2012 годов, когда кредитная экспансия практически вся ушла в необеспеченное потребительское кредитование и затем ударило по прибылям банков в 2014-2015 годах. Главное, чтобы здесь рост хоть и был, но был очень ограниченным, и важно, чтобы основная кредитная активность с точки зрения населения была сосредоточена в ипотечных продуктах, с точки зрения корпоративного кредитования сконцентрирована на инвестиционном кредитовании. Поэтому те программы, которые мы активно прорабатываем в этом году, это и программа по кредитованию малого и среднего бизнеса, стимулированию инвестиционных кредитов на длинные сроки по разумным ставкам, так называемая программа «Шесть с половиной». Сейчас практически закончили и в начале следующего года будут первые синдикаты по фабрике проектного финансирования, поддержка гринфилд проектов, поддержка проектного финансирования, именно того инструмента, которого практически нет в российской банковской системе.

Третья история, это история с новой программой инвестиций в структуру с привлечением частных средств. Здесь тоже уже есть дорожная карта, по которой начинаем работать. Эффект на экономику мы ожидаем со второго полугодия – середины следующего года.

Программа, которую вместе с Министерством энергетики сейчас детально прорабатываем, это программа инвестиций в энергетический сектор, так называемый «ДПМ-2» - тоже очень важная веха, которая позволит поддержать инвестиции в этой стране, сделать банковское кредитование энергетического сектора более выгодным. Это все будет формировать кредитный цикл с правильной стороны.

И две темы, которые помимо кредитования, тоже очень важны - цифровые технологии. Здесь прорывным для России в ближайшие годы будет появление системы электронной торговли, связанной с логистической системой. То, что дало большой прорыв для китайской экономики, для малого и среднего бизнеса, должно дать большой эффект и у нас.

Последний момент. Это конечно же, изменение системы госуправления. Мы вступаем в эту реформу. Какие-то проекты уже пилотируются на базе Минэкономразвития. Здесь четыре элемента.

Первое – это повышение эффективности работы госорганов. Через год мы окажемся соседями с ВТБ в Москве Сити. И считаем, что этот проект принесёт нам до 0,5 миллиарда рублей эффективности с точки зрения операционных расходов. Мы с теми министерствами, с которыми вместе переезжаем, будем объединять все службы, являющиеся обслуживающими и обеспечивающими – это и закупки, и обслуживание зданий, в перспективе –  кадры. Мы, например, работаем сейчас с Федеральным казначейством  по централизации ведения бухгалтерии для государственных органов. Росаккредитация - наш подвед, первый подвед, который вместе с казначейством реализует этот проект. Поэтому будем стараться повышать эффективность расходов и одновременно давать новое качество госслужбы. Это новая рабочая среда,  поэтому переезд очень важен. В том числе, история с повышением оплаты труда как раз за счет экономии и сокращением тех издержек, которые сейчас не рационально тратятся.

Третья история на самом деле очень важная для движения вперед  экономики в целом. Действительно, мы заканчиваем процесс бюджетной консолидации – новое бюджетное правило. Здесь мы все привели в порядок. Теперь очень важно концентрироваться на изменении структуры бюджета. Поэтому мы запустили уже пять пилотных госпрограмм. Немного тяжеловато этот процесс идет. Но концентрация на ограниченном количестве целей, четкий расчет  влияния отдельных проектов на достижение конкретных индикаторов – это то, куда будет двигаться весь бюджетный процесс, который с каждым циклом все активнее.

И четвертое, последнее. Это новый уровень государственной статистики. Это тема, о которой можно отдельно говорить. Я думаю, к весне следующего года  подготовим детальную программу развития и уже в следующем году  будем ее имплементировать, чтобы получить качественные, верные данные для государства и для других пользователей, при этом существенно снизить нагрузку на тех, кто эту статистику поставляет государству.

Документы